О тихом распятии в кругу своих.
Добавлено: 31 авг 2026, 12:56
В начале ты был человеком.
А потом тебя поставили в поле.
Не потому что ты страшный.
А потому что им было страшно.
I. ПЕРВАЯ ЩЕПОТКА
— «Ты стал другим».
— «Раньше ты был проще».
— «Мы же ради тебя».
Так вынимают сердце — медленно, через край,
и набивают освободившееся место
сухой травой чужих ожиданий.
Солома не болит.
Солома просто занимает объём,
чтобы ты больше не мог вдохнуть
во весь рост.
II. ПЛАЩ ИЗ ЧУЖИХ СТРАХОВ
Они надевают на тебя ветхий мешок:
свои несбывшиеся мечты,
свои старые обиды на жизнь,
свои невидимые испуги.
— «Не лезь туда — упадёшь».
— «Не говори так — что подумают».
И вот ты уже стоишь посреди их огорода.
Не человек — памятник их опасениям.
Твои руки раскинуты крестом
не для полёта —
а чтобы подпирать чужой покой.
III. НАЗНАЧЕНИЕ
Чучело ставят не для красоты.
Его ставят, чтобы отпугивать птиц.
Твоя живая мысль — птица.
Твой громкий смех — птица.
Твоё право уйти — самая опасная из птиц.
Ближайший круг шепчет:
«Смотри, какой он стал странный. Угрюмый. Ненастоящий».
Они сами сшили этот наряд,
но искренне боятся тени,
которую ты отбрасываешь на их грядки.
IV. МЕТАМОРФОЗА МОЛЧАНИЯ
Самое страшное — привыкнуть к соломе.
Перестать чувствовать ветер как призыв,
начав видеть в нём лишь угрозу для пуговиц.
Ты улыбаешься — потому что рот нарисован углём.
Ты киваешь — потому что шея из сухой ветки.
И близкие спокойны:
он дома,
он предсказуем,
он никуда не улетит.
V. КАК СЛЕЗТЬ
Слезть — не значит упасть.
Слезть — значит вытащить из спины чужую палку.
Это больно. Потому что годами ты думал, что это опора.
А это был кол, на котором тебя держали.
Шаг первый — перестать охранять чужой урожай.
Пусть клюют. Это не твоё поле.
Шаг второй — снять чужое пальто.
Пусть холодно. Зато своё.
Шаг третий — сойти с холма и пойти в дом
не как чучело, которое вернулось,
а как человек, который уходит.
И они закричат:
«Ты нас предаёшь! Ты стал другим! Ты неблагодарный!»
Это значит, что ты слез.
Чучела не предают. Предают только люди.
А значит, ты снова стал человеком.
VI. ПУСТОТА ПОЛЯ
Посмотри на поле, где ты стоишь.
Вороны давно не боятся чучела.
Боятся только хозяева, что вороны увидят, что поле пустое.
Твоя «страшность» никого не пугает, кроме тех, кто тебя сделал.
Мир давно видит в тебе не пугало, а человека
с раскинутыми руками, который просит, чтобы его сняли.
Но снять себя с шеста ты должен сам.
Никто не придёт. Хозяевам выгодно, чтобы ты стоял.
Воронам всё равно.
ЭПИЛОГ
Огород — это не твой дом.
Это просто огороженный кусок чужой земли.
Пока внутри ещё теплится хотя бы одна живая нить,
пока в груди не всё заменено сухой травой —
сбрось этот мешок.
Разорви верёвки на запястьях.
Пусть они кричат, что ты сошёл с ума.
Быть птицей, в которую стреляют,
честнее,
чем быть чучелом, которое берегут.
Alın Ak / KaJe MeG
А потом тебя поставили в поле.
Не потому что ты страшный.
А потому что им было страшно.
I. ПЕРВАЯ ЩЕПОТКА
— «Ты стал другим».
— «Раньше ты был проще».
— «Мы же ради тебя».
Так вынимают сердце — медленно, через край,
и набивают освободившееся место
сухой травой чужих ожиданий.
Солома не болит.
Солома просто занимает объём,
чтобы ты больше не мог вдохнуть
во весь рост.
II. ПЛАЩ ИЗ ЧУЖИХ СТРАХОВ
Они надевают на тебя ветхий мешок:
свои несбывшиеся мечты,
свои старые обиды на жизнь,
свои невидимые испуги.
— «Не лезь туда — упадёшь».
— «Не говори так — что подумают».
И вот ты уже стоишь посреди их огорода.
Не человек — памятник их опасениям.
Твои руки раскинуты крестом
не для полёта —
а чтобы подпирать чужой покой.
III. НАЗНАЧЕНИЕ
Чучело ставят не для красоты.
Его ставят, чтобы отпугивать птиц.
Твоя живая мысль — птица.
Твой громкий смех — птица.
Твоё право уйти — самая опасная из птиц.
Ближайший круг шепчет:
«Смотри, какой он стал странный. Угрюмый. Ненастоящий».
Они сами сшили этот наряд,
но искренне боятся тени,
которую ты отбрасываешь на их грядки.
IV. МЕТАМОРФОЗА МОЛЧАНИЯ
Самое страшное — привыкнуть к соломе.
Перестать чувствовать ветер как призыв,
начав видеть в нём лишь угрозу для пуговиц.
Ты улыбаешься — потому что рот нарисован углём.
Ты киваешь — потому что шея из сухой ветки.
И близкие спокойны:
он дома,
он предсказуем,
он никуда не улетит.
V. КАК СЛЕЗТЬ
Слезть — не значит упасть.
Слезть — значит вытащить из спины чужую палку.
Это больно. Потому что годами ты думал, что это опора.
А это был кол, на котором тебя держали.
Шаг первый — перестать охранять чужой урожай.
Пусть клюют. Это не твоё поле.
Шаг второй — снять чужое пальто.
Пусть холодно. Зато своё.
Шаг третий — сойти с холма и пойти в дом
не как чучело, которое вернулось,
а как человек, который уходит.
И они закричат:
«Ты нас предаёшь! Ты стал другим! Ты неблагодарный!»
Это значит, что ты слез.
Чучела не предают. Предают только люди.
А значит, ты снова стал человеком.
VI. ПУСТОТА ПОЛЯ
Посмотри на поле, где ты стоишь.
Вороны давно не боятся чучела.
Боятся только хозяева, что вороны увидят, что поле пустое.
Твоя «страшность» никого не пугает, кроме тех, кто тебя сделал.
Мир давно видит в тебе не пугало, а человека
с раскинутыми руками, который просит, чтобы его сняли.
Но снять себя с шеста ты должен сам.
Никто не придёт. Хозяевам выгодно, чтобы ты стоял.
Воронам всё равно.
ЭПИЛОГ
Огород — это не твой дом.
Это просто огороженный кусок чужой земли.
Пока внутри ещё теплится хотя бы одна живая нить,
пока в груди не всё заменено сухой травой —
сбрось этот мешок.
Разорви верёвки на запястьях.
Пусть они кричат, что ты сошёл с ума.
Быть птицей, в которую стреляют,
честнее,
чем быть чучелом, которое берегут.
Alın Ak / KaJe MeG